Торговая война Трампа: первая годовщина

SP500

Ключевая зона: 6,700 - 6,800

Покупка: 6,850 (на откате после ретеста уровня 6,750); цель 7,100; StopLoss 6,780

Продажа: 6,650 (на сильном негативном фундаментальном фоне); цель 6,400; StopLoss 6,720

Год назад Соединённые Штаты перешли от точечных тарифных мер к полномасштабной торговой войне. За прошедший год политика Трампа фундаментально изменила структуру мировой торговли, переведя её из многосторонней системы в формат двусторонних соглашений.

Тарифы перестали быть исключительно инструментом налогообложения импорта — они стали ключевым макроэкономическим фактором, влияющим на валютные курсы, сырьевые рынки и глобальный аппетит к риску.

При этом Трамп продолжает использовать фактор «потенциальной отмены тарифов» как инструмент давления, несмотря на юридическую паузу. Примечательно, что уже объявлено о новом повышении тарифов на фармацевтическую продукцию до 200% к лету текущего года — это представляет следующий значимый секторальный риск.

Напомним:

С 2 апреля 2025 года была реализована стратегия «взаимных тарифов», формально обоснованная чрезвычайной экономической ситуацией и хроническим торговым дефицитом США. Механизм остаётся неизменным: максимальное давление — с последующим предложением снять ограничения в обмен на лояльность, в том числе политическую. Результатом становятся двусторонние тарифные соглашения, фактически подрывающие роль глобальных торговых институтов (таких как ВТО) и усиливающие протекционизм США.

Во второй половине 2025 года торговая война окончательно трансформировалась в формат «персональных сделок»: соглашения были достигнуты с ЕС, Китаем, Южной Кореей, Индией, Тайванем, странами Юго-Восточной Азии и Латинской Америки. Согласованные уровни тарифов находятся в диапазоне 10–40%, при этом в отдельных секторах, включая промышленные металлы, условия остаются более жёсткими.

В феврале 2026 года, после решения Верховного суда США, признавшего часть тарифных мер незаконными, администрация Трампа оперативно перешла к новым юридическим механизмам для сохранения давления.

В этот период стало очевидно, что цели тарифной политики выходят далеко за рамки фискальных задач.

• Тарифы используются как инструмент принуждения в переговорах, а не как классический налог. Несмотря на давление, мировая торговля не сократилась, а продолжила расти быстрее мирового ВВП, лишь изменив свою структуру.
• Одним из ключевых драйверов стали товары, связанные с искусственным интеллектом — чипы, серверное и сетевое оборудование. Их доля превысила 30% от общего роста торговли, при этом основными поставщиками выступают Тайвань, Южная Корея и страны Юго-Восточной Азии.
• Китай понёс заметные потери, но не в том масштабе, на который рассчитывал Трамп. Импорт США из Китая сократился на 27% в первые десять месяцев 2025 года, однако торговый дефицит снизился лишь до $202 billion. Значительная часть потоков была перенаправлена во Вьетнам и Тайвань, где двусторонний дефицит США достиг рекордных уровней.
• Дополнительным фактором нестабильности стал юридический конфликт между президентом и Верховным судом, после чего был введён тариф в размере 10% в рамках Section 122 для решения проблем платёжного баланса

Изначально предполагалось, что высокие тарифы поддержат доллар за счёт сокращения импорта и роста внутренних цен. Однако уже весной 2025 года рынок интерпретировал эти меры как негативный фактор для экономического роста США и американских активов.

На ранних стадиях эскалации доллар ослаб по отношению к защитным валютам — швейцарскому франку и японской иене, тогда как капитал перетекал в более безопасные активы. Примечательно, что во время шока 2 апреля 2025 года доллар снизился, а не укрепился.

В то же время перемирие между США и Китаем в 2025 году оказало противоположный эффект: доллар укрепился, а аппетит к риску восстановился. Это подтвердило, что для рынка критическим фактором является не сам уровень тарифов, а риск глобальной дестабилизации.

И каков итог?

За год тарифная политика США изменила принципы ценообразования на ключевых рынках. Доллар утратил статус безусловного бенефициара, золото восстановило устойчивую политическую премию, а динамика сырьевых рынков стала напрямую зависеть от ожиданий глобального роста. Промышленные металлы теперь реагируют не только на макроэкономику, но и на конкретные тарифные решения из Вашингтона.

Тарифная война перешла из шоковой фазы в длительное противостояние с крупным капиталом — как внутренним, так и внешним. Этот процесс может продолжаться годами, формируя новую архитектуру глобального рынка. Игнорирование тарифного фактора в текущих условиях означает недооценку одного из ключевых драйверов. Адаптация к новой реальности становится необходимым условием работы на рынках.

Поэтому действуем разумно и избегаем лишних рисков.

Прибыли всем!